— Оксана Сергеевна, вы проделали отличную работу. Честно. Если бы не вы, этот проект бы не состоялся, — произнёс Громов тихо, почти заботливо. И именно эта мягкость в голосе насторожила её больше всего.
Они задержались в коридоре после презентации. Рябов уже удалился: обменялся рукопожатиями, бросил дежурное «всё на уровне» и скрылся за стеклянной дверью переговорной. Максим стоял в стороне, уткнувшись в экран телефона с таким сосредоточенным видом, будто решал вопрос государственной важности.
— Тарас Анатольевич, — спокойно уточнила Оксана, — возможно, я ослышалась. Дмитро Вениаминович назвал руководителями проекта вас и Максима.
— Таков формат выступления, — Громов развёл руками. — Ты же понимаешь, как принято: отдел — единое целое.
— Понимаю, — кивнула она.
Оксана даже улыбнулась и направилась к лестнице. По выражению лица Громова было видно: он счёл разговор закрытым и вполне удачным.
Он просчитался.
Полтора года назад именно Оксана взяла на себя задачу, от которой остальные предпочли дистанцироваться. Оптимизация складской логистики крупной торговой сети — формулировка звучала скучно, пока не вскрывалась реальная картина. Три распределительных центра, семь поставщиков с разными условиями договоров, две программы учёта, которые попросту «не разговаривали» между собой. Это был не просто анализ — это был спутанный клубок противоречий, за который никто не хотел браться.
Она взялась.
Первые месяцы ушли исключительно на сбор информации. Оксана ездила на склады, беседовала с кладовщиками, присутствовала на планёрках отдела закупок, куда её официально никто не приглашал. Лариса тогда недоумевала: «Тебя туда не зовут. Зачем ты тратишь время?» Оксана лишь пожала плечами: «Потому и хожу, что не зовут».
Через полгода у неё появилась чёткая модель процессов. К девятому месяцу — просчитанные варианты оптимизации. К концу года — предварительные договорённости сразу с тремя подразделениями: закупками, транспортным отделом и складским блоком. Каждое письмо, каждый комментарий, любая правка фиксировались по электронной почте. Все версии документов были сохранены на сервере и продублированы в её личном архиве.
Громов почти не погружался в детали. Он появлялся на промежуточных совещаниях, одобрительно кивал, иногда бросал: «Добавьте сюда цифры» — и исчезал. Максим пришёл в отдел восемь месяцев назад. Вводила его в курс дела именно Оксана: объясняла структуру отчётов, показывала логику расчётов. Парень был старательным и в целом доброжелательным, но плохо понимал масштаб происходящего.
К итоговой презентации она готовилась две недели без выходных. Сто четыре слайда, три варианта внедрения, финансовый прогноз на пять лет вперёд. В воскресенье вечером Оксана отправила файл Громову с пометкой: «Финальная версия. Автор — Краснова О.С., аналитический отдел».
В понедельник утром на титульной странице значилось: «Проект подготовлен аналитическим отделом совместно со стажёром Громовым М.В. под руководством начальника отдела Громова Т.А.».
Её фамилии не было вовсе.
В курилке Лариса смотрела на неё так, словно сама допустила эту несправедливость.
— Ты уже видела? — осторожно спросила она.
— Да.
— И что собираешься делать?
Оксана глубоко затянулась и медленно выпустила дым.
— Пока — ничего.
— Оксан, Максима собираются назначить на твоё место. Козырева уже готовит документы.
Этого она не ожидала. Несколько секунд Оксана молча смотрела в мутное окно, за которым висело тяжёлое серое небо.
Должность старшего аналитика с полномочиями руководителя проектов. Восемь месяцев назад они обсуждали это с Громовым — устно, без оформления, но при свидетелях. Плюс сорок процентов к зарплате. Отдельный кабинет. И главное — право вести проекты самостоятельно, без постоянного контроля сверху.
— Откуда информация? — тихо спросила она.
— Секретарь Козыревой живёт со мной в одном подъезде, — ответила Лариса. — Ничего специально не рассказывала. Просто обронила, что «мальчик Тараса» оформляется на постоянную ставку с повышением.
Оксана докурила до фильтра и выбросила окурок в урну.
— Поняла. Спасибо.
Лариса проводила её взглядом — всё с тем же чувством неловкости.
К Громову Оксана зашла на следующий день, ближе к вечеру. Утром он обычно создавал вокруг себя атмосферу кипучей занятости и не терпел «лишних» вопросов. После обеда становился заметно спокойнее.
— Тарас Анатольевич, хотелось бы обсудить итоги презентации.
— Присаживайся, — он указал на стул так, будто оказывал услугу. — Слушаю тебя.
— На титульном листе итоговых материалов отсутствует моя фамилия. Мне бы хотелось понять причину.
Громов изобразил лёгкое удивление — слишком аккуратное, чтобы быть искренним.
— Оксана Сергеевна, вы же взрослый специалист. Проект — результат работы отдела. Честно говоря, не вижу повода для претензий.
Она выдержала паузу, не повышая голоса.
— Отдел — это не абстрактное понятие, — спокойно произнесла Оксана, собираясь объяснить, что именно имеет в виду.