— То есть уже завтра они заявятся сюда со своими тюками и чемоданами? Оксана, ты вообще понимаешь, что делаешь?
Тарас застыл посреди гостиной, с неприязнью разглядывая едва заметное пятно на рукаве дорогого джемпера. В воздухе висел густой аромат его парфюма — терпкий, вызывающе уверенный, с выраженной древесной нотой.
— Тарас, это мои мама и папа, — Оксана изо всех сил старалась говорить ровно. — У них беда: в старом доме замкнула проводка. Пожар всё испортил — стены в саже, часть крыши обрушилась. Им просто некуда больше податься. Только к нам.
— У нас всего две комнаты, — отрезал он. — Кабинет — моя территория. Там я работаю, строю стратегии, занимаюсь инвестициями. Я не собираюсь разрабатывать проекты под звон кастрюль и запах валерьянки из коридора.
Он подошёл к окну и резко дёрнул занавеску, будто та была виновата во всём происходящем. Оксана смотрела на его напряжённую спину и не узнавала человека, с которым прожила девять лет. Она прекрасно понимала, что его «инвестиционная деятельность» — красивая легенда, существующая в основном за её счёт. Это она пропадала на реставрациях по двенадцать часов в день, возвращаясь домой без сил.
— Это ненадолго. Пока мы не найдём решение с жильём, — почти шёпотом произнесла она.
— Найдём? И за какие деньги? — Тарас резко повернулся, лицо его перекосилось. — Опять из твоей зарплаты? А как же мой стартап? Ты обещала в этом месяце вложить сто тысяч в мой новый сервис. Если твои родители осядут здесь, о моём взлёте можно забыть!
Он стремительно вышел из комнаты. Через секунду из спальни донёсся грохот распахнутых дверей шкафа. У Оксаны внутри всё будто покрылось льдом. Словно что-то хрупкое окончательно рассыпалось, оставив после себя звенящую пустоту.
Ещё три дня назад она сидела за столом нотариуса. Тот аккуратно передал ей бумаги: её дальняя родственница, тётя Галина, жившая в Черниговской области, скончалась.
Галина была женщиной жёсткой, замкнутой, но весьма состоятельной. В наследство племяннице она оставила старинный дом у озера и банковские счета с суммами, в которых значились восемь цифр.
Оксана тогда едва сдержалась, чтобы не помчаться домой и не поделиться новостью. Но по дороге она зашла к подруге Надежде. Та внимательно выслушала и вместо восторга нахмурилась.
— Даже не думай сразу рассказывать Тарасу, — сказала Надежда, медленно помешивая ложкой чай. — Ты же знаешь, как он относится к твоим деньгам. Для него это бесконечный ресурс. Проверь его. Деньги отлично показывают, кто есть кто.
— Он всё-таки мой муж… — неуверенно возразила Оксана.
— Вот именно. И ты наконец поймёшь, муж он тебе или просто удобно устроился рядом. Скажи, что случились проблемы, что средств нет, а забот выше крыши. Посмотри, как он себя поведёт.
Оксана сомневалась, переживала, но в итоге решилась на этот шаг. И теперь, слушая, как в спальне лихорадочно собирают вещи, она отчётливо осознала: Надежда не ошиблась.
Минут через десять Тарас появился в прихожей. В руке он держал большой чемодан — тот самый, с которым они летали в отпуск в прошлом году.