…закончился. Убирайся отсюда.
— Ты в своём уме?! — взревел Тарас, окончательно сбрасывая притворную вежливость. — Всё, что здесь есть, нажито в браке! Я через суд заберу половину дома и все накопления! Останешься тут без копейки, со своей псиной!
— Ничего ты не заберёшь, — прозвучало спокойно и твёрдо.
Из-за угла дома вышел Ярослав. На нём была поношенная ватная куртка, в руке — тяжёлый колун. Он неторопливо поднялся на крыльцо и встал рядом с Оксаной, чуть заслонив её плечом.
— Имущество, полученное по наследству, разделу не подлежит, — размеренно произнёс он. — Я, может, и столяр, но законы читал внимательно. Так что советую: садись в машину и исчезни по-хорошему. Иначе пса с цепи спущу.
Тарас перевёл взгляд на широкую фигуру Ярослава, потом на Бурана, который тихо рычал, обнажив клыки. От прежней бравады не осталось и следа — перед ними стоял растерянный, побледневший человек.
Он пробормотал что-то невнятное, пятясь назад, зацепился каблуком за корень и едва не упал. Спустя секунду уже мчался к автомобилю. Двигатель взревел, колёса швырнули грязный снег в сторону, и машина скрылась за поворотом дороги.
Оксана медленно выдохнула. Казалось, вместе с этим выдохом из груди вышла многолетняя тяжесть.
— Спасибо тебе, Ярослав, — тихо сказала она.
— Да брось, — смутился он. — Я рыбы свежей принёс, Лариса пирогов напекла. Может, перекусим?
Она кивнула:
— Перекусим. Только чайник поставлю.
Зима выдалась щедрой на снег. Лес вокруг стоял белоснежный, неподвижный, словно заколдованный. Вечером Оксана устроилась у камина. В доме пахло берёзовыми поленьями и сушёными травами. Буран свернулся у её ног и посапывал, иногда подёргивая лапой во сне.
На столе завибрировал телефон. Сообщение от Надежды: «Видела твоего бывшего. Продаёт машину — долги душат. Говорят, инвесторы его выгнали. Ты как?»
Оксана улыбнулась и ответила: «Я дома, Надя. И наконец чувствую, что это по-настоящему мой дом».
Дверь скрипнула, впуская облако морозного воздуха. Ярослав стряхнул снег с шапки и закрыл за собой.
— Ну что, Оксанка, — он подошёл ближе и осторожно коснулся её плеча своей широкой тёплой ладонью. — Завтра поедем в город? К твоим родителям. Я закончил те резные санки, что обещал им сделать.
— Конечно поедем, — она накрыла его руку своей. — Они тебя ждут.
Она смотрела в окно, где медленно кружились снежинки, и думала о странной справедливости жизни. Порой приходится расстаться с иллюзиями, чтобы встретиться с реальностью — простой и честной.
Оксана не сожалела ни о чём. В этом старом доме она обрела не только наследство. Здесь она вернула себе внутреннюю опору, научилась быть спокойной и сильной. И впервые за долгие годы рядом с ней был человек, с которым не нужно притворяться.
Будущее больше не казалось пугающей пустотой. Оно представлялось ясным и прозрачным, как зимнее озеро под солнечным небом.