На другой день Марина буквально срослась с телефоном. Она носила его с собой повсюду, проверяла экран каждые несколько минут и вздрагивала от любого звука, опасаясь пропустить звонок Романа. Но он молчал. Прошли сутки, потом ещё одни, и к концу второго дня она уже едва сдерживала слёзы от обиды и мучительного ожидания. Когда телефон наконец зазвонил, всё вокруг будто снова ожило: воздух наполнился сиреневым ароматом, а мир, недавно серый и пустой, вдруг стал ярким.
Они встретились и отправились гулять к Днепру. Роман повёл её по набережной всё дальше, туда, где становилось тише и почти не было людей. Вечер быстро сгущался, фонари загорались один за другим, их жёлтый свет дрожал на тёмной воде. Именно там между ними и случилось то, к чему всё, казалось, шло, — неловко, поспешно, без красивых слов и обещаний.
После этого Роман исчез. Он больше не звонил. Марина поняла, что беременна, уже после сессии. Экзамены она сдавала как в тумане и потом почти не могла вспомнить, что отвечала и как вообще дошла до конца. На звонки Роман не реагировал: то не поднимал трубку, то сразу сбрасывал. Тогда она написала ему сообщение, коротко и прямо: она ждёт ребёнка. Ответный звонок раздался почти сразу.
— Прости, что сразу не сказал, — произнёс он глухо. — Ты мне правда понравилась, я тогда совсем потерял голову… Но между нами ничего быть не может. Я женат.
Эти слова ударили её внезапно и беспощадно. Всё, что ещё недавно казалось волшебным и настоящим, рассыпалось в один миг. Мир сделался чужим, холодным и тесным. Марина рассказала обо всём матери. Та кричала так, что у Марины звенело в ушах, осыпала её обидными словами и требовала немедленно избавиться от ребёнка. Сама Марина не могла объяснить, что заставило её отказаться: гордость, отчаяние, упрямство или желание хоть что-то решить самой. Но аборт она делать не пошла.
Беременность стала для неё долгим испытанием. Каждый день мать находила повод напомнить, что дочь «нагуляла» ребёнка, что у неё нет ни ума, ни будущего, что она собственными руками перечеркнула себе жизнь. И всё же из дома её не выгнала — Марина считала это уже милостью. Ночами она плакала в подушку и в самые страшные минуты думала, что, может быть, ребёнок сам не захочет появляться на свет, где его никто не ждёт. Но этого не случилось. В конце января у Марины родилась девочка.
Когда София немного подросла, Марина собрала вещи и уехала от матери в другой город. Она устроилась на работу, где сотрудникам предоставляли служебное жильё, и ухватилась за эту возможность как за спасение. Жить под постоянными упрёками она больше не могла.
В четыре года София впервые спросила, где её папа. Марина растерялась и придумала историю: сказала, что отец был военным и погиб в горячей точке. Потом ей пришлось долго и неуклюже объяснять маленькому ребёнку, что означает это странное выражение. С тех пор София была уверена, что её папа — герой.
И вот сегодня вопрос об отце снова всплыл.
— А где он погиб? Почему мы ни разу не ездили к нему на могилу? — настойчиво спрашивала София.
Вопросы сыпались один за другим, и Марина едва успевала подбирать ответы. Ей приходилось выкручиваться, сочинять на ходу, прятать растерянность за усталостью.
— Хватит, София… Я не знаю точно… Это была военная тайна. Его уже не было рядом, когда ты родилась…
С матерью отношения так и не стали теплее. Марина навещала её время от времени, но даже спустя годы та не упускала случая уколоть дочь: мол, из-за своей глупости и легкомыслия она лишилась нормальной семьи. Кому, по её словам, нужна женщина с ребёнком?
Через несколько дней София снова вернулась к этой теме.
— Мам, а у нас есть папины фотографии?
— Фотографии? — Марина на мгновение потерялась. Об этом она совсем не подумала.
— Наверное, у бабушки что-то осталось, — сказала она первое, что пришло в голову. — Мы же тогда жили у неё. Как-нибудь съезжу и привезу.
Выход нашёлся быстро. В эпоху интернета и искусственного интеллекта можно было создать почти любой снимок. Марина написала в социальной сети мужчине, который зарабатывал тем, что делал изображения и целые фантастические миры с помощью нейросетей. Она попросила подготовить несколько семейных картинок и пару свадебных кадров. Тот назвал цену, попросил прислать настоящие фотографии Марины и подробно описать, каким должен быть её «муж».
Спустя неделю он отправил первые пробные варианты. И если бы Марина заранее не знала, что эти изображения созданы искусственно, она бы решила, что перед ней настоящие фотографии.