Она буквально светилась неиссякаемым оптимизмом.
— Ну вот, отдохнули, загорели! — защебетала свекровь, всплеснув руками. — Я же говорила, сынок, море всё лечит. Теперь заживёте по-человечески, забудутся все эти разговоры о разводе. Я ведь права, София?
— Нет, — спокойно произнесла она, выдержав прямой взгляд свекрови. Потом медленно повернулась к мужу. — Знаешь, за всё это время я так и не услышала от тебя, что ты меня любишь. И по поступкам этого тоже не почувствовала.
Богдан резко развёл руками, лицо его исказилось от возмущения:
— Я ради тебя поехал на море! Потратил деньги! Терпел эту жару целую неделю! Чего тебе ещё не хватает?!
— Мне нужен мужчина, который не только обеспечивает, но и говорит о своих чувствах, и подтверждает их делом, — холодно и ровно ответила София, поднимая сумку. — А не тот, кто лишь откладывает на ипотеку.
Людмила охнула и демонстративно прижала ладонь к груди:
— Да как ты можешь после всего, что он для тебя сделал!
Но София уже взяла дочь за руку и молча вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Развод дался непросто, сопровождался скандалами и нервами. Богдан кипел от злости, бросал тяжёлые взгляды и упрямо повторял: «Я не позволю тебе развестись! Из-за твоих прихотей ребёнок без отца расти не будет!». Однако суд всё расставил по местам — брак был расторгнут.
При этом Богдан даже не попытался что-то пересмотреть в себе или сделать шаг к ней как мужчина, который хочет вернуть любимую. В своей непоколебимой уверенности он оставался удивительно твёрд. Его вполне устраивала новая роль — образцового отца. Он ежедневно звонил четырёхлетней Дарина, по нескольку раз в неделю забирал её к себе и, что примечательно, перестал придирчиво считать каждую копейку, когда речь шла о потребностях дочери. Этого общения ему было достаточно, а менять собственные принципы ради бывшей жены он не собирался.
София сняла жильё. Небольшая однокомнатная квартира со старым ремонтом, конечно, не шла ни в какое сравнение с их прежними просторными апартаментами, но здесь ей впервые за долгое время стало легко дышать. На столе стоял букет, купленный ею самой — маленький знак внимания к себе.
Разбирая последние коробки, она вдруг осознала, что больше не испытывает злости к Богдан. Ни жгучей обиды, ни желания что-то доказывать внутри не осталось. Пришло простое понимание: он никогда не сможет любить её так, как ей необходимо. Их представления о любви оказались слишком разными. Для него она измерялась квадратными метрами, экономией и сухой практичностью, для неё — теплом, восхищением и живыми чувствами.
София подошла к окну, взглянула на вечерний город и едва заметно улыбнулась. Как хорошо, что она поняла это сейчас, а не спустя двадцать лет брака. Вернее, двадцать лет постоянной критики. Наверняка найдутся те, кто осудит её. Скажут: «С жиру бесится! Муж не пьёт, деньги домой приносит — чего ещё надо? Сама разрушила нормальную семью». И в их логике есть своя правда: для многих финансовая стабильность — единственный понятный способ выражать любовь. Но разве можно упрекать женщину в том, что ей хотелось чувствовать себя желанной? У каждого своё понимание счастья. Почему она должна ломать себя, терпеть обесценивание и жить с ощущением нелюбимой жены ради красивой картинки правильного брака? Жизнь слишком коротка, чтобы посвящать её тому, кто перестал тобой восхищаться.
Благодарю за лайк и подписку на мой канал.