За столом тем временем всё шло своим чередом: отец оживлённо обсуждал с начальником служебные дела, мать изображала радушие и с натянутой улыбкой поддерживала разговор с его супругой, а Алина, не поднимая глаз, лениво перекладывала вилкой овощи по тарелке.
— Может, уйдём отсюда? — негромко предложил Артём, чуть наклонившись к ней.
Родители проводили их многозначительными, почти довольными улыбками, когда они поднялись из-за стола и направились в комнату Алины.
— У моего отца через неделю юбилей, вас тоже позвали, — сказал Артём, едва они остались без посторонних ушей. — И, похоже, у него на нас с тобой какие-то грандиозные планы.
— Какие ещё планы? — Алина сразу насторожилась.
— Ты правда не догадываешься? Он хочет, чтобы мы с тобой поженились.
— Что? Но я тебя вообще не знаю! И уж точно не люблю! — вспыхнула Алина.
Её всего лишь уговорили посидеть с гостями за одним столом, а оказалось, что за её спиной уже почти устроили сватовство.
— Я, если честно, тоже к тебе чувств не испытываю, — спокойно признался Артём. — Но моих родителей это не волнует. Им пришло в голову срочно меня женить, а ты, видимо, показалась подходящей кандидатурой.
— Но зачем им это? — не могла успокоиться Алина.
— Да не бери так близко к сердцу. Скорее всего, нас просто объявят парой, женихом и невестой. До настоящей свадьбы, думаю, дело не дойдёт. Им не нравится девушка, которую я люблю, вот они и решили поскорее пристроить меня куда-нибудь «правильно». Поверь, я от этой идеи тоже не в восторге.
Когда гости наконец ушли, Алина не выдержала. Она разрыдалась и заявила родителям, что ни при каких обстоятельствах не выйдет замуж за чужого человека, потому что любит другого.
— Того клоуна? — насмешливо бросила мать. — Не смеши меня.
На юбилей её всё равно заставили пойти. Длинное открытое платье сковывало движения, высокие шпильки казались настоящей пыткой, и Алина едва держалась на ногах. Гости смотрели на неё слишком внимательно, перешёптывались за спиной, оценивали, будто она была не живым человеком, а выставленным на показ товаром. Ей было неловко, холодно внутри и унизительно. Всё происходящее напоминало дешёвую мелодраму, где родители устроили показ невест для единственного сына.
В разгар вечера отец Артёма попросил у присутствующих внимания. Сначала он говорил долго и витиевато, вспоминал семью, традиции, будущее, а затем торжественно объявил Алину невестой своего сына. Артём подошёл к ней и протянул маленькую коробочку, в которой блеснуло кольцо с бриллиантом.
Алина отшатнулась. Затем резко оттолкнула его руку и, не разбирая дороги, выбежала из ресторанного зала.
Номерок от гардероба остался у отца, без него пальто ей не отдали, а возвращаться обратно, под взгляды гостей и родителей, она просто не могла. Увидев, что к ней уже направляется разъярённая мать, Алина в одном тонком платье бросилась на улицу.
Денег при себе у неё не было, поэтому пришлось идти пешком. Прохожие оборачивались, кто-то смотрел с любопытством, кто-то с насмешкой, но ей было уже всё равно.
До развлекательного центра было ближе, чем до дома, и Алина почти побежала туда. У самого входа она поскользнулась на плитке, каблук хрустнул и сломался, а сама она едва удержалась, чтобы не растянуться на холодном тротуаре. От обиды, унижения и бессилия слёзы хлынули сами собой.
— Алина?! Что ты здесь делаешь? Почему ты без верхней одежды? — услышала она рядом до боли знакомый голос Максима.
Она вцепилась в него обеими руками, прижалась к его груди и разрыдалась ещё сильнее. Максим тут же снял с себя куртку, укутал её плечи и крепко обнял. Идти на сломанном каблуке Алина уже не могла: она почти повисла на нём, судорожно держась за его руку. Её трясло от холода, пережитого ужаса и обиды, а слова застревали в горле. Тогда Максим осторожно подхватил её на руки и понёс к своей машине. Куда он её повезёт, Алине было безразлично; важно было только одно — он оказался рядом.