— Документы, подтверждающие право собственности на дом, у вас оформлены? — повторил капитан, не повышая голоса.
— Мы подали заявление в МФЦ! — сорвалась на визг Тетяна. — Земля принадлежит мне!
— Земельный участок — да, это бесспорно, — спокойно согласился он. — А вот стройматериалы, выходит, принадлежат ему. В такие споры полиция не вмешивается. Потасовки нет, порядок не нарушен. Разбирайтесь через суд. Степан Саввич, смотри только, забор краном им не зацепи.
Служебный УАЗик описал дугу и укатил, оставив после себя сизую дымку выхлопа.
После этого работа пошла ещё быстрее. Рабочие ловко сняли дорогие стеклопакеты немецкого производства и аккуратно сложили их вдоль ограды. К полудню от нарядного коттеджа остался лишь первый этаж. Брус аккуратными рядами отправлялся в кузов лесовоза.
Тарас сидел на перевёрнутом пластиковом ведре и бессмысленно наблюдал, как рассыпается его тщательно выстроенная «светлая перспектива». В этот момент у ворот резко притормозил массивный чёрный внедорожник. Из него вышел Руслан — тот самый респектабельный клиент, которому Тарас вместе с матерью пообещал готовый дом.
Руслан неторопливо поправил лацкан дорогого пиджака, окинул взглядом полуразобранное строение, грузовики с лесом и Тетяну, рыдающую на остатках крыльца.
— Тарас, — произнёс он тихо, но в его спокойствии чувствовалась угроза. — Что это за спектакль? Мне обещали дом «под ключ». А я вижу склад пиломатериалов.
— Руслан Викторович… это всего лишь… корректировка фасада, — залепетал Тарас, чувствуя, как по спине течёт холодный пот.
— Корректировка? — покупатель брезгливо оттолкнул носком ботинка обломок сайдинга. — Ты собирался продать мне пустоту. Слушай внимательно: до конца дня возвращаешь задаток. В двойном размере — как указано в предварительном соглашении.
— У меня сейчас нет такой суммы… я машину в ремонт отдал…
— Тогда завтра мои юристы займутся арестом твоих счетов. И параллельно я подам заявление о мошенничестве в особо крупном размере, — сухо бросил Руслан, сел в автомобиль и хлопнул дверцей.
К вечеру на участке сиротливо торчал лишь серый прямоугольник бетонного основания. Лесовозы увезли разобранный материал на охраняемый склад.
Тарасу пришлось обращаться к частным кредиторам. Под грабительский процент он заложил свою иномарку, чтобы расплатиться с Русланом по двойному обязательству. Его новая возлюбленная, узнав, что ни особняка, ни денег не будет, уже на следующий день перестала отвечать на звонки.
Но Тетяна не собиралась отступать. Спустя месяц Олене на работу принесли судебную повестку. Свекровь подала иск в районный суд, требуя вернуть «незаконно изъятое имущество» и выплатить ей внушительную компенсацию за моральные страдания.
В зале суда пахло старой бумагой и тяжёлым парфюмом Тетяны. Её представитель — юркий молодой адвокат в узком костюме — долго и пафосно рассуждал о разрушенном семейном очаге и бесчеловечном поступке ответчиков.
Олена сидела бледная, сжав пальцы до боли — ногти впивались в ладони. Если их обяжут всё вернуть, долги станут пожизненными.
Когда слово предоставили защитнику Степана Саввича — пожилому, седовласому юристу Владимиру Игоревичу, — тот медленно поднялся, поправил галстук и выложил перед судьёй знакомую жёлтую папку.
— Ваша честь, требования истца мы не признаём, — произнёс он негромко, но твёрдо. — Мой доверитель вывез исключительно принадлежащие ему строительные материалы. Подлинники чеков и накладных представлены суду. Доказательств того, что истица передавала деньги на их приобретение, не существует.
— Но строение находилось на нашей земле! — не выдержал Тарас, вскакивая с места.
— Строения как объекта недвижимости не было, — спокойно возразил Владимир Игоревич. — Имелся комплект материалов, сложенных в конструкцию. И теперь мы заявляем встречные требования.
Судья удивлённо подняла взгляд поверх очков.
— Степан Саввич за собственный счёт выполнил устройство монолитного ленточного фундамента, проложил подземные коммуникации, установил септик и пробурил скважину. Эти элементы являются неотделимыми улучшениями участка. Мы просим взыскать с гражданки Тетяны сумму неосновательного обогащения, а также оплату труда бригадира по среднерыночным тарифам за два года. Итог расчётов приведён на последней странице.
Тетяна громко ахнула и судорожно схватилась за край стола. Цифра внизу листа была внушительной.
Тарас побелел, его губы задрожали, и в зале повисла тяжёлая, напряжённая тишина.