Оксана терпеть не могла отцовские звонки по выходным. Во‑первых, в это время она обычно спала. Во‑вторых, его утренние вызовы почти всегда означали одно и то же: сейчас ей снова напомнят, что она тратит жизнь впустую.
— Да… — хрипло откликнулась она, не разлепляя век.
— Поднимайся. В семнадцать ноль-ноль встречаемся у Национального центра «Украина», — произнёс отец сухо и твёрдо, как будто отдавал приказ.
Она удивлённо нахмурилась. Ожидала, что её потащат святить куличи, а тут — культурная программа.
— Пап, я легла под утро… Зачем мне сегодня куда-то тащиться? Ещё и дождь обещали. Не хочу мокнуть по дороге на электричку…
— Сегодня двенадцатое апреля. День космонавтики, если ты забыла. Открывают новый просветительский проект — «Космическая одиссея». Тебе полезно будет послушать о настоящем деле, а не заниматься своими пустяками.
— Я блогер, а не бездельничаю, — устало парировала Оксана, но спор развивать не стала.
С отцом она перестала препираться три года назад — после того как бросила университет, не доучившись и года. Именно он настоял, чтобы дочь поступила на факультет ракетно-космических технологий. Более того, оплатил контракт, хотя она могла пройти на бюджет в другой вуз. Отец считал, что профессия должна быть редкой, серьёзной и достойной, а Оксана привыкла доверять его авторитету. Целый год она пыталась освоиться среди формул, чертежей и людей, для которых космос был призванием. Но одно дело — профильный физмат-класс в школе, и совсем другое — учёба в одном из лучших университетов страны. Предметы давались тяжело, хвосты росли, и в конце концов она забрала документы.
Тогда отец сказал ей всего одну фразу:
— Ты разрушила мою мечту.
— Это была твоя мечта, папа. Не моя, — тихо ответила она.
С тех пор они будто двигались по разным орбитам: пересекались лишь по праздникам или в моменты, когда он решал заняться её «воспитанием». Оксана могла бы отказаться и в этот раз, но после смерти мамы отец так и не оправился, и она чувствовала ответственность — хотя бы иногда быть рядом. Поэтому она всё же поднялась, привела себя в порядок, сварила обед на потом и отправилась на станцию.
Уже год Оксана жила в пригороде Киева, в бабушкиной квартире. Это избавляло от аренды, что было большим плюсом. Зато дорога в Киев превращалась в квест: сначала маршрутка до станции, потом электричка, потом метро.
К моменту, когда она добралась до Национального центра «Украина», усталость навалилась тяжёлым грузом, а настроение окончательно испортилось. В фойе было многолюдно и шумно. Отец бросился в глаза сразу: вытянутый, словно струна, в старом кителе, который надевал исключительно по торжественным поводам. Он стоял возле стенда с фотографиями первых космонавтов и что-то увлечённо объяснял группе школьников, указывая на снимок Гагарина.
— Привет, — Оксана чмокнула его в щёку. — И всё-таки, зачем я здесь?
Он посмотрел на неё строго, но в глазах мелькнула радость.
— Затем, что сегодня здесь выступят особенные люди, и тебе стоит их послушать.